Мир вам и дому вашему
Поиск по сайту:
Кумранская община (2) 03.03.2009
[ Разное ]

 Кумранская община (2)

Предыдущая часть Продолжение

Сутки кумранитов, судя по Уставу и сведениям античных авторов о ессеях, заполнялись общеобязательным совместным трудом, совместным питанием, выполнением религиозных обрядов и ночными бдениями, когда "треть каждой ночи" посвящалась совместному изучению священного писания и документов общины. Жизнь всей общины в целом и каждого ее члена в отдельности строжайшим образом регламентировалась дисциплинарным уставом. За сокрытие части имущества от общины при вступлении в нее виновный наказывался лишением части рациона, от 1/4 до 1/2 (1QS VI, 24-25). За всякое иное нарушение установленных правил предусматривались наказания, характер которых не всегда ясен, - по-видимому, отлучения на тот или иной срок. Приведем лишь несколько примеров правонарушений и полагающихся за это наказаний. Так, перебивающий речь товарища наказывался на 10 дней, за сон во время собрания - на 30 дней, за гнев и раздражительность в обращении с другими членами общины - на один год. За произнесение неприличных слов - на три месяца, за клевету на товарища - на один год, за несправедливую жалобу на товарища - на шесть месяцев. За жалобы на устои общины - полное отлучение от общины (1QSVI, 24-27; VII 1-24). Все полноправные члены общины проходили ежегодную проверку, сопровождавшуюся тщательно разработанной процедурой (1QSII, 19-25).

О семейной жизни в кумранском Уставе никаких указаний нет. Возможно, что кумранская община была общиной монашеского типа, хотя на прилежащем к центральному строению кладбище, насчитывающем около 1200 погребений, из которых пока раскопано только 50, обнаружено несколько скелетов женщин и девочек. В других документах брак признается основой творения, и регламентируется брачный возраст.

Некоторые особенности религиозной практики кумранской общины свидетельствуют о начавшемся разрыве с Иерусалимским храмовым культом и постепенном отходе от традиционного иудейства. Члены общины считали иерусалимское храмовое жречество "нечестивым", а иерусалимский храм - оскверненным этими жрецами. Отказываясь в силу этого от традиционных жертвоприношений животных в храме, кумранская община искала "заменителей" в виде добрых дел и чувств. Практический отказ от храмовых жертвоприношений и поиски их заменителей обусловили эволюцию взглядов общины на эту всеобщую для древности основу религиозной практики. Эта эволюция нашла свое выражение не только в Уставе, в котором отчетливо выступает приоритет "духа святыни", "справедливости и совершенства пути" перед "жертвами всесожжения" и "жертвами жиром" (1QSIX, 3-5), но и в другом произведении общины, именуемом "Флорилегиум". В этом произведении провозглашается создание "храма человеческого" (4 Q Florilegium I, 6), в котором "воскурения" перед богом будут приноситься в виде добрых дел. Мысль о том, что добрые дела важнее жертв, уже раньше высказывалась в пророческой литературе, однако кумранская община впервые отказалась от жертвоприношений.

Принципиальный отказ от кровавых жертвоприношений имел большое значение для последующего общественно-религиозного развития. По поводу отказа христианства от жертвоприношений Ф. Энгельс писал, что это "первая революционная (заимствованная у филоновской школы) основополагающая идея христианства...".

Другим не менее существенным показателем отхода от официального культа было введение кумранской общиной своего собственного календаря, отличного от общепринятого. В кумранском календаре год начинается всегда с одного и того же дня (среда) и все праздники падают на одни и те же дни недели. Тем самым кумранский календарь был первым "вечным календарем", проект которого сейчас разрабатывается в ООН. Ясно, что пользование своим особым календарем свидетельствует о практическом разрыве многих религиозных и деловых связей общины с внешним миром.

О разрыве с официальным культом свидетельствуют новый характер ритуальных омовений, особый обряд захоронения, собственные молитвы и гимны и, наконец, резкие выпады против нечестивых стяжателей - иерусалимских священников.

Наиболее интересной особенностью кумранского обряда ритуальных омовений является его обусловленность предварительным раскаянием и очищением души. Иными словами, ритуальные омовения, по мнению идеологов общины, оказываются действенными лишь в том случае, если ритуалу предшествуют покаяние и внутреннее очищение. Так, если ритуальные омовения новичка не предваряются полным раскаянием, то "пусть он не вступает в воду, чтобы (затем) прикоснуться к чистоте людей святости, ибо они (т.е. новички) не очистятся (водой), если не отвратятся от зла" (1QS V, 13-14).

В том же Уставе говорится, что пренебрегающий установлениями общины "не удостоится прощения и не очистится водой очищения, не освятится морями и реками и не очистится всей водой омовения, нечист, нечист будет во все дни, пока отвергает законы бога... ибо духом совета божьей правды искупаются пути человека" (III, 4-6). Отсюда видно, что сами по себе ритуальные омовения имеют меньшее значение, чем праведность, душевная чистота и верность основам учения.

Согласно известному иудейскому историку Иосифу Флавию, сходным образом истолковывали сущность этого обряда сторонники Иоанна Крестителя. Флавий сообщает, что, по учению Иоанна Крестителя, "омовение принято будет богом лишь в том случае, если его будут совершать не ради прощения им различных прегрешений, но ради очищения их тела, "поскольку и душа их предварительно очистилась праведностью" (Древности, XVIII, 5, 2, §117). Таким образом, обязательное и безусловное требование предварительного покаяния и внутреннего очищения является тем новым, что внесли кумраниты и сторонники Иоанна Крестителя в понимание старинного иудейского обряда ритуальных омовений.

Как уже было отмечено, основным в идеологических воззрениях кумранской общины является дуалистическое учение о двух изначально возникших и противоборствующих лагерях или царствах: света, добра и правды, с одной стороны, тьмы, зла и кривды - с другой. С этим тесно связано учение о предопределении, согласно которому все происходящее в мире предопределено заранее, в том числе и отнесение людей к тому или иному лагерю. Отсюда вытекает и концепция избранничества: кумраниты, как и ранние христиане, называли себя "избранниками бога", а свою общину "общиной его (т.е. бога.) избранников". В отличие от религиозной концепции избранничества целого народа в Кумране пробивает себе дорогу идея этического начала вместо этнического. (Ср., например, книгу Тайн). Дуализм, учение о предопределении и избранничестве - это форма протеста против общественного зла, осуждение существующих земных порядков, отмежевание от них вплоть до ухода в пустыню. Социальным аспектом идеологических воззрений кумранитов является то, что мы могли бы назвать "идеологией нищеты". Они называли себя "общиной бедных", а также "простецами", "малыми", превозносили бедность и простоту и обещали беднякам все блага в будущем мире после окончательной победы "сынов света". В связи с этим следует вспомнить о той выдающейся роли, которую играли бедность и бедные в системе идеологических представлений христианства на раннем этапе его развития.

Превознесение бедности как материальной, так духовной, утверждение аскетизма в различных его формах и проявлениях означает обособление от порядков установленных господствующим классом, обособление, которое является предпосылкой и условием "предопределенного" существования и конечной победы "избранников". Хотя кумранско-ессейский аскетизм существенно отличается от средневекового, плебейского и предпролетарского аскетизма, характерного для социальных движений крестьянства, в частности для периода Крестьянской войны в Германии XVI в., тем не менее в идеологической функции аскетизма можно обнаружить известные черты сходства. Говоря об аскетизме, как о черте присущей всем средневековым движениям, носившим религиозную окраску, Энгельс подчеркнул, что "эта аскетическая строгость нравов, это требование отказа от всех удовольствий и радостей жизни, с одной стороны, означает выдвижение против господствующих классов принципа спартанского равенства, а с другой - является необходимой переходной ступенью, без которой низший слой общества никогда не может прийти в движение".

Но как мыслится решение извечной проблемы борьбы "сынов света" и "сынов тьмы"? Когда и как будет завоевана окончательная победа? Ответ на эти вопросы заключен в эсхатологическом и мессианистическом учении кумранской общины. Свое наиболее яркое выражение эсхатологическое учение кумранитов, т.е. учение о "последних днях", "времени очищения" и "переплавки", нашло в своеобразном и крайне любопытном произведении - свитке Войны, в котором, как было сказано, апокалиптические видения будущих сражений, носящих порой космический характер, причудливо переплетаются с крайне реалистическим их изображением. Важным звеном в осмыслении "конца времен" и "последних дней" являются представления о "помазаннике" - "мессии" ("машиах") - посреднике между богом и общиной.

В этой связи особо пристальное внимание привлекает к себе во многом еще загадочная фигура кумранского "учителя праведности" - анонимного основателя и идеолога общины. В опубликованных до сих пор документах об учителе говорится весьма немного. Учитель избран богом для передачи через него истинного учения и тайн "конца времен", оставшихся неизвестными даже пророкам, причем и истинное учение и тайны стали ведомы учителю непосредственно из уст бога (1Qp Hab II, 1-4). Учитель и его сторонники подвергались преследованиям со стороны главного антагониста учителя - "нечестивого жреца" (1Qp Hab V, 9-12- IX 9-12; XI, 4-8; 4Qp Ps 37). Никаких конкретных сведений о характере мучений, которым подвергался учитель, и об обстоятельствах его смерти в известных пока документах нет. Согласно одному сложному для понимания тексту, кумраниты ожидали воскресения умершего учителя в "последние дни" (CD VI, 10-11). Возможно, что учитель подразумевается в другом тексте, в котором говорится, что в руку избранника своего бог отдаст суд над всеми народами (1 Qp Hab V, 3-5). Наконец, с достаточной ясностью - и это очень существенно - говорится, что претерпевшие муки и верующие в учителя будут вознаграждены спасением (1 Qp Hab VIII, 1-3). Вот и все, что нам пока известно об учителе. Бесчисленные попытки отождествить учителя с кем-либо из известных исторических лиц оказались пока тщетными. С большей или меньшей вероятностью в настоящее время можно определить лишь приблизительные хронологические рамки жизни учителя: конец II в. до н.э.- первая половина I в. до н.э. Ряд видных кумрановедов (Милик, Кросс и др.) относят время деятельности учителя к середине II в. до н.э., другие - к I в. н.э.

Предыдущая часть Продолжение

Амусин И.Д.


  << Вернуться

1550659 (+22)
34
1
26, 7
(С) 2018, Церковь Христа (Христова) г. Киев.
Комментарии, замечания, пожелания и предложения адресуйте нашему вебмастеру